Принцип попугая
Похоже, чиновники бегут с корабля, столь "успешно" проутюжившего алкогольные волны. Зачинщиком, что логично, стал тот, кто первым начал - главный санитарный врач страны Геннадий Онищенко. "Руки прочь от меня. Прошу всех собак на меня не вешать" - так несколько нервно господин Онищенко открещивался на днях от обвинений в порождении дефицита спиртного.
Его можно понять. Теперь, когда купить спиртного не могут даже чиновники высокого ранга, власти вдруг спохватились: а что это у нас происходит на алкогольном рынке? И начали выяснять. Зная, как бывший чиновник, законы бюрократической машины, могу смело прогнозировать: виновника найдут быстрее, чем смогут исправить ситуацию. И тут, как пел Высоцкий, виноватым вполне может оказаться "тот, кто громко крикнул из ветвей". Геннадий Онищенко об этом уже догадался - вот и нервничает.
Давайте вернемся немного назад. Конец марта, в Приднестровье обострение конфликта с Молдавией, в Абхазии - с Грузией. И тут - ба! Геннадий Онищенко обнаруживает, что в грузинских и молдавских винах значительное количество опасных для здоровья пестицидов. Даже в тех, которые уже прошли суровый контроль его ведомства. Получается, что органы Роспотребнадзора пропустили на российский рынок опасный продукт. А значит, могут пропустить (и, возможно, пропускали) другие опасные продукты. То есть - санитарного контроля у нас нет.
Вы верите, что главный санитарный врач страны по своей воле может публично расписаться в провале работы вверенного ему ведомства? Я - нет. Для этого нужна была просьба, в которой нельзя отказать.
Но самое интересное - а ведь кризис был бы и без запретов Онищенко. В конце концов, как рассказывала "Газета" вчера, публичное уничтожение "вредных" бутылок было показухой: по информации самих виноторговцев, большая часть запрещенной продукции мирно лежит на складах, ожидая амнистии. Вернуться на прилавки она может в считанные дни.
Но нельзя. Как нельзя продать и другой алкоголь. Виной этому - увлечение чиновников инновационными технологиями контроля за алкоголем. Было задумано, что с 1 июля все бутылки в магазинах будут иметь штрих-код, по которому контролеры смогут проверить легальность алкоголя. Но опять хотели, как лучше, а получилось, как всегда: если новые марки со штрих-кодом с грехом пополам сумели напечатать и доставить производителям, то система контроля ЕГАИС не работает до сих пор.
Между тем определить виновника алкогольного дефицита очень просто, задавшись древнеримским вопросом: "Кому это выгодно?" Онищенко? Он может запретить алкоголь с любыми марками - если опять попросят. Таможне? Но именно у нее отняли контроль за экспортом алкоголя.
А, кстати, теперь кто контролер? В чьих руках все потоки алкоголя - "жидкой валюты"? Де-юре, вроде хозяина нет: к ЕГАИС подключаются все имеющие право контроля ведомства. А де-факто: создание и эксплуатация системы - в руках предприятий при ФСБ России. Которые до сих пор не смогли сделать эту систему работающей. Интересно - им придется объясняться или накажут того, кто громче всех кричал?
Его можно понять. Теперь, когда купить спиртного не могут даже чиновники высокого ранга, власти вдруг спохватились: а что это у нас происходит на алкогольном рынке? И начали выяснять. Зная, как бывший чиновник, законы бюрократической машины, могу смело прогнозировать: виновника найдут быстрее, чем смогут исправить ситуацию. И тут, как пел Высоцкий, виноватым вполне может оказаться "тот, кто громко крикнул из ветвей". Геннадий Онищенко об этом уже догадался - вот и нервничает.
Давайте вернемся немного назад. Конец марта, в Приднестровье обострение конфликта с Молдавией, в Абхазии - с Грузией. И тут - ба! Геннадий Онищенко обнаруживает, что в грузинских и молдавских винах значительное количество опасных для здоровья пестицидов. Даже в тех, которые уже прошли суровый контроль его ведомства. Получается, что органы Роспотребнадзора пропустили на российский рынок опасный продукт. А значит, могут пропустить (и, возможно, пропускали) другие опасные продукты. То есть - санитарного контроля у нас нет.
Вы верите, что главный санитарный врач страны по своей воле может публично расписаться в провале работы вверенного ему ведомства? Я - нет. Для этого нужна была просьба, в которой нельзя отказать.
Но самое интересное - а ведь кризис был бы и без запретов Онищенко. В конце концов, как рассказывала "Газета" вчера, публичное уничтожение "вредных" бутылок было показухой: по информации самих виноторговцев, большая часть запрещенной продукции мирно лежит на складах, ожидая амнистии. Вернуться на прилавки она может в считанные дни.
Но нельзя. Как нельзя продать и другой алкоголь. Виной этому - увлечение чиновников инновационными технологиями контроля за алкоголем. Было задумано, что с 1 июля все бутылки в магазинах будут иметь штрих-код, по которому контролеры смогут проверить легальность алкоголя. Но опять хотели, как лучше, а получилось, как всегда: если новые марки со штрих-кодом с грехом пополам сумели напечатать и доставить производителям, то система контроля ЕГАИС не работает до сих пор.
Между тем определить виновника алкогольного дефицита очень просто, задавшись древнеримским вопросом: "Кому это выгодно?" Онищенко? Он может запретить алкоголь с любыми марками - если опять попросят. Таможне? Но именно у нее отняли контроль за экспортом алкоголя.
А, кстати, теперь кто контролер? В чьих руках все потоки алкоголя - "жидкой валюты"? Де-юре, вроде хозяина нет: к ЕГАИС подключаются все имеющие право контроля ведомства. А де-факто: создание и эксплуатация системы - в руках предприятий при ФСБ России. Которые до сих пор не смогли сделать эту систему работающей. Интересно - им придется объясняться или накажут того, кто громче всех кричал?
Ещё новости по теме:
15:42
13:00
12:00