The Economist: Бразилия готова потратить свой выигрыш в "нефтяную лотерею"?
Бразилия мало инвестирует и делает маленькие накопления, - указывается в статье, опубликованной в британском еженедельнике Economist.
Бразильцы любят занимать и тратить, не заботясь о будущем. Возможно, такое отношение сформировалось гиперинфляцией второй половины прошлого столетия. Возможно, дело в культурном наследии. Эдуардо Джанетти, бразильский экономист и философ, полагает, что все дело в самих бразильцах, представляющих собой этнический микс из первобытных индейцев, португальцев, прибывших сюда в поисках легкого счастья, и закованных в цепи негров-рабов. Такие люди наверняка предпочтут потратить сейчас, а делать сбережения будут позже. Как бы то ни было, открытие в 2007 году супергигантских месторождений нефти под дном Атлантического океана станет для страны своеобразным моментом истины: или доходы от нефти пойдут на экономическое и социальное развитие страны, или будут бездарно "профуканы".
31 августа, почти два года спустя, после того, как бразильское правительство стало задумываться над тем, как распорядиться свалившимся на страну нефтяным богатством, президент Луиш Игнасиу Лула да Силва предал гласности четыре поправки, призванные определить судьбу доходов от подводной нефти. С одной стороны, президента отличала триумфалистская риторика. Обнаруженные месторождения он называл "Божьим даром", "счастливым билетом" или "паспортом в будущее". Но одновременно Лулу указал и на те проблемы, которые создадут нефтяные богатства, и объяснил, как Бразилия намерена этих проблем избежать.
Законопроектом, которому предстоит пройти утверждение Конгрессом (парламентом) Бразилии предусмотрено, что уже существующие контракты на разведку и добычу пересмотрены не будут. Таким образом месторождение Тупи, содержащее от 5 до 8 млрд баррелей, будет по-прежнему разрабатываться концессией, включающей Petrobras и пять иностранных компаний. Однако большая часть подводных месторождений подпадает под действие нового закона. Государственные чиновники уверены, что 50 млрд баррелей нефтяных и газовых запасов выведут Бразилию в число нефтяных гигантов.
Одна из поправок к существующему законодательству гласит, что данные запасы нефти, названные предсолевыми (они располагаются под слоем полужидкой соли, ниже уровня морского дна), являются собственностью государства, а не собственностью компаний, как это происходит при нынешнем режиме концессий, когда половина нефти, добытой на том или ином блоке, отходит государству, а оставшаяся половина делится между Petrobras и иностранной компанией на основе соглашения о разделе продукции, пропорционально их расходам. Еще одно законодательное изменение предусматривает создание специальной компании Petrosal, очень небольшой, выполняющей функции "ока государева" на шельфовых месторождениях, и состоящей преимущественно из технического персонала. Но это - в теории, а на практике штаты такой компании, управляемой политиками, могут серьезно раздуться, поскольку политики начнут активно пристраивать в компанию своих людей.
Предусмотрено также закачивание в Petrobras денежного выражения 5 млрд баррелей нефти для того, чтобы финансово обеспечить деятельность компании как ведущего оператора месторождений. Так как 60% акций Petrobras торгуется на фондовом рынке, увеличение капитала подобным образом приведет к "вымыванию" миноритарных акционеров. В день оглашения предлагаемых поправок Petrobras потеряла 7 млрд долларов своей рыночной капитализации. Кроме того правительство также намерено создать специальный фонд, в который будут собираться полученные от продажи нефти миллиарды.
Чиновники утверждают, что открытие таких крупных месторождений нефти, как Тупи снижают геологические риски. Это может гарантировать государству увеличение нефтяных доходов. Однако этого нельзя добиться без изменения существующих сегодня правил, в частности, введение более высоких платежей-роялти. Кроме того эти подсолевые слои технологически сложны для эксплуатации, и потому добыча из них будет более дорогостоящей. При этом две недавно пробуренные скважины, одна – компанией BG, а другая - Exxon Mobil, оказались "сухими".
Многие эксперты подвергают сомнению необходимость изменения ныне существующей системы регуляторов, при которой существующие концессии контролировались Национальным нефтяным агентством Бразилии (ANP): "У нас была система, которая прекрасно работала десятилетиями и была прозрачной, причем, это было в стране, где всегда существовала проблема коррупции в государственном секторе экономики", – утверждает Марильдо Рjсаду, бывший директор ANP и Petrobras. – Зачем же ее ломать".
Причина этого в одном – предоставить правительству больший контроль над нефтяным бизнесом, считает Маурисиу Толмаским, глава государственной компании по энергетическим исследованиям (EFE). Компания провела исследование правовых регуляторов в 20 нефтедобывающих странах и выяснила, что только в трех из них – США, Канаде и Бразилии - в чистом виде существует концессионная система, сводящая роль государства к минимуму. Новая система позволит, в частности, государству устанавливать своей обменный курс валюты для иностранных компаний, в случае, если будет принято решение о разведке на нефть.
Даже если Конгресс, учитывая просьбу президента Лулу, станет работать достаточно быстро, он не примет данные поправки раньше декабря 2009 года. Но на практике законопроекту будет оказано серьезное противодействие.
Одно из законодательных предложений предусматривает снижение доли нефтяных доходов, предназначенных для штатов и муниципалитетов, на территории которых находятся месторождения.
Жозе Сера, губернатор штата Сан-Паулу, который среди кандидатов в президенты находится на втором месте после Лула, призвал Конгресс не торопиться, заявив, что правительство разрабатывало эти поправки 22 месяца, и поэтому парламенту и общественности тоже нужно время, чтобы во всем хорошо разобраться.
Есть еще некоторые детали. Предлагаемый "социальный нефтяной фонд" изначально задумывался для аккумулирования средств на образование и развитие инфраструктура. Во многом его создание вдохновлено примером эффективно работающего норвежского суверенного фонда. Но теперь к задачам фонда прибавляется защита окружающей среды, проблемы культуры и даже финансирование новых отраслей промышленности. Это вызывает опасения, что деньги могут оказаться потраченными очень быстро, вместо того, чтобы быть инвестированными или сэкономленными. Это также может привести к неоправданному росту доходов государства, которые уже сегодня составляют 36% ВВП страны, по сравнению с 20%, например, в Мексике.
Так что выигрышный для Бразилии билет нефтяной лотереи очень легко может стать ее проклятием.
Бразильцы любят занимать и тратить, не заботясь о будущем. Возможно, такое отношение сформировалось гиперинфляцией второй половины прошлого столетия. Возможно, дело в культурном наследии. Эдуардо Джанетти, бразильский экономист и философ, полагает, что все дело в самих бразильцах, представляющих собой этнический микс из первобытных индейцев, португальцев, прибывших сюда в поисках легкого счастья, и закованных в цепи негров-рабов. Такие люди наверняка предпочтут потратить сейчас, а делать сбережения будут позже. Как бы то ни было, открытие в 2007 году супергигантских месторождений нефти под дном Атлантического океана станет для страны своеобразным моментом истины: или доходы от нефти пойдут на экономическое и социальное развитие страны, или будут бездарно "профуканы".
31 августа, почти два года спустя, после того, как бразильское правительство стало задумываться над тем, как распорядиться свалившимся на страну нефтяным богатством, президент Луиш Игнасиу Лула да Силва предал гласности четыре поправки, призванные определить судьбу доходов от подводной нефти. С одной стороны, президента отличала триумфалистская риторика. Обнаруженные месторождения он называл "Божьим даром", "счастливым билетом" или "паспортом в будущее". Но одновременно Лулу указал и на те проблемы, которые создадут нефтяные богатства, и объяснил, как Бразилия намерена этих проблем избежать.
Законопроектом, которому предстоит пройти утверждение Конгрессом (парламентом) Бразилии предусмотрено, что уже существующие контракты на разведку и добычу пересмотрены не будут. Таким образом месторождение Тупи, содержащее от 5 до 8 млрд баррелей, будет по-прежнему разрабатываться концессией, включающей Petrobras и пять иностранных компаний. Однако большая часть подводных месторождений подпадает под действие нового закона. Государственные чиновники уверены, что 50 млрд баррелей нефтяных и газовых запасов выведут Бразилию в число нефтяных гигантов.
Одна из поправок к существующему законодательству гласит, что данные запасы нефти, названные предсолевыми (они располагаются под слоем полужидкой соли, ниже уровня морского дна), являются собственностью государства, а не собственностью компаний, как это происходит при нынешнем режиме концессий, когда половина нефти, добытой на том или ином блоке, отходит государству, а оставшаяся половина делится между Petrobras и иностранной компанией на основе соглашения о разделе продукции, пропорционально их расходам. Еще одно законодательное изменение предусматривает создание специальной компании Petrosal, очень небольшой, выполняющей функции "ока государева" на шельфовых месторождениях, и состоящей преимущественно из технического персонала. Но это - в теории, а на практике штаты такой компании, управляемой политиками, могут серьезно раздуться, поскольку политики начнут активно пристраивать в компанию своих людей.
Предусмотрено также закачивание в Petrobras денежного выражения 5 млрд баррелей нефти для того, чтобы финансово обеспечить деятельность компании как ведущего оператора месторождений. Так как 60% акций Petrobras торгуется на фондовом рынке, увеличение капитала подобным образом приведет к "вымыванию" миноритарных акционеров. В день оглашения предлагаемых поправок Petrobras потеряла 7 млрд долларов своей рыночной капитализации. Кроме того правительство также намерено создать специальный фонд, в который будут собираться полученные от продажи нефти миллиарды.
Чиновники утверждают, что открытие таких крупных месторождений нефти, как Тупи снижают геологические риски. Это может гарантировать государству увеличение нефтяных доходов. Однако этого нельзя добиться без изменения существующих сегодня правил, в частности, введение более высоких платежей-роялти. Кроме того эти подсолевые слои технологически сложны для эксплуатации, и потому добыча из них будет более дорогостоящей. При этом две недавно пробуренные скважины, одна – компанией BG, а другая - Exxon Mobil, оказались "сухими".
Многие эксперты подвергают сомнению необходимость изменения ныне существующей системы регуляторов, при которой существующие концессии контролировались Национальным нефтяным агентством Бразилии (ANP): "У нас была система, которая прекрасно работала десятилетиями и была прозрачной, причем, это было в стране, где всегда существовала проблема коррупции в государственном секторе экономики", – утверждает Марильдо Рjсаду, бывший директор ANP и Petrobras. – Зачем же ее ломать".
Причина этого в одном – предоставить правительству больший контроль над нефтяным бизнесом, считает Маурисиу Толмаским, глава государственной компании по энергетическим исследованиям (EFE). Компания провела исследование правовых регуляторов в 20 нефтедобывающих странах и выяснила, что только в трех из них – США, Канаде и Бразилии - в чистом виде существует концессионная система, сводящая роль государства к минимуму. Новая система позволит, в частности, государству устанавливать своей обменный курс валюты для иностранных компаний, в случае, если будет принято решение о разведке на нефть.
Даже если Конгресс, учитывая просьбу президента Лулу, станет работать достаточно быстро, он не примет данные поправки раньше декабря 2009 года. Но на практике законопроекту будет оказано серьезное противодействие.
Одно из законодательных предложений предусматривает снижение доли нефтяных доходов, предназначенных для штатов и муниципалитетов, на территории которых находятся месторождения.
Жозе Сера, губернатор штата Сан-Паулу, который среди кандидатов в президенты находится на втором месте после Лула, призвал Конгресс не торопиться, заявив, что правительство разрабатывало эти поправки 22 месяца, и поэтому парламенту и общественности тоже нужно время, чтобы во всем хорошо разобраться.
Есть еще некоторые детали. Предлагаемый "социальный нефтяной фонд" изначально задумывался для аккумулирования средств на образование и развитие инфраструктура. Во многом его создание вдохновлено примером эффективно работающего норвежского суверенного фонда. Но теперь к задачам фонда прибавляется защита окружающей среды, проблемы культуры и даже финансирование новых отраслей промышленности. Это вызывает опасения, что деньги могут оказаться потраченными очень быстро, вместо того, чтобы быть инвестированными или сэкономленными. Это также может привести к неоправданному росту доходов государства, которые уже сегодня составляют 36% ВВП страны, по сравнению с 20%, например, в Мексике.
Так что выигрышный для Бразилии билет нефтяной лотереи очень легко может стать ее проклятием.