Эксперт: Новая модель энергетической политики, в которой главными действующими лицами призваны были стать госкомпании, потерпела очевидный крах
«Экономическая модель, выстроенная в России в 1992–2002 гг. и основанная на контроле частного сектора над ресурсами и привлечении иностранных нефтегазовых компаний к разработке трудных месторождений, была разрушена, - заявил корреспонденту журнала «Нефть России» старший научный сотрудник ИМЭМО РАН
Михаил Субботин. - При этом новая модель энергетической политики, в которой главными действующими лицами призваны были стать госкомпании, потерпела очевидный крах. И это вполне объяснимо, если учесть, что наши власти несколько лет проводили политику, включавшую в себя: слегка закамуфлированный пересмотр итогов приватизации и ранее заключенных контрактов; ползучую национализацию; увеличение налогового бремени за счёт особым образом сконструированных формул НДПИ и экспортной пошлины. То есть реформа в нефтегазовом комплексе России свелась к введению «плоского» налогообложения и фактическому отказу от соглашений о разделе продукции (СРП).»
По мнению эксперта, это означает, что налоговое бремя компаний ныне складывается, главным образом, из налогов с оборота, а не с прибыли. Возникла уникальная система «налог на добычу + экспортная пошлина», при которой отсутствует дифференцированный подход к освоению месторождений, имеющих совершенно разные условия извлечения сырья и, соответственно, разный уровень рентабельности.
«Вносимые с тех пор налоговые изменения не имеют системного характера. В результате, по оценке главы Минэнерго Сергея Шматко, фискальная нагрузка сделала неокупаемой разработку 36% разведанных запасов и 93% новых месторождений», - напоминает эксперт.
Подробнее об этом читайте в одном из ближайших номеров журнала «Нефть России».
Михаил Субботин. - При этом новая модель энергетической политики, в которой главными действующими лицами призваны были стать госкомпании, потерпела очевидный крах. И это вполне объяснимо, если учесть, что наши власти несколько лет проводили политику, включавшую в себя: слегка закамуфлированный пересмотр итогов приватизации и ранее заключенных контрактов; ползучую национализацию; увеличение налогового бремени за счёт особым образом сконструированных формул НДПИ и экспортной пошлины. То есть реформа в нефтегазовом комплексе России свелась к введению «плоского» налогообложения и фактическому отказу от соглашений о разделе продукции (СРП).»
По мнению эксперта, это означает, что налоговое бремя компаний ныне складывается, главным образом, из налогов с оборота, а не с прибыли. Возникла уникальная система «налог на добычу + экспортная пошлина», при которой отсутствует дифференцированный подход к освоению месторождений, имеющих совершенно разные условия извлечения сырья и, соответственно, разный уровень рентабельности.
«Вносимые с тех пор налоговые изменения не имеют системного характера. В результате, по оценке главы Минэнерго Сергея Шматко, фискальная нагрузка сделала неокупаемой разработку 36% разведанных запасов и 93% новых месторождений», - напоминает эксперт.
Подробнее об этом читайте в одном из ближайших номеров журнала «Нефть России».