"В отношении законопроекта об амнистии капиталов существует негативный фон"
Госдума рассмотрит в первом чтении законопроект об амнистии капиталов. Документ предлагает создание правовой основы для добровольного декларирования зарубежного имущества и счетов в банках. Партнер Paragon Advice Group Александр Захаров ответил на вопросы ведущего "Коммерсантъ FM" Максима Митченкова.
Предложение об амнистии капиталов Владимир Путин озвучил в своем послании Федеральному собранию в декабре прошлого года. После этого Министерство финансов разработало законопроект, согласно которому под амнистию подпадут активы, по собственной инициативе задекларированные до конца этого года.
— Как пойдет законотворческий процесс: примут этот законопроект в итоге или нет?
— Я полагаю, что это, безусловно, проходной вариант с точки зрения самого законопроекта. Пока неизвестно, в каком виде он будет принят, потому как неизвестно, действительно ли достигнуто соглашение с FATF по всем вопросам, которые возникали.
— Поясните, какой вид может быть?
— Я полагаю, что, если речь будет вестись о полном соответствии принципу FATF, то, скорее всего, пройдет именно проект в части, разрешающей декларирование имущества, связанного с нарушением налогового законодательства.
— Какие-то еще преграды есть перед приемом этого закона?
— Вторым вопросом для всех является предоставление максимального объема гарантий для декларантов, которые захотят поучаствовать в этой программе. Безусловно, так называемое безналоговое дарение, которое все хотят, чтобы было в этом законопроекте, вызывает огромное количество вопросов, потому что действительно это повлечет перераспределение и достаточного количества имущества, в частности, наверное, речь идет о недвижимости, которая внезапно поменяет своих собственников. И, конечно же, вопрос состоит в том, как этот способ или новое возникновение права собственности действительно может повлиять на третьих лиц.
— Если все-таки этот закон примут, как вы считаете, будет ли он пользоваться спросом?
— Я полагаю, что он найдет своих адресатов, потому как действительно существует достаточное количество заинтересованных лиц, которые хотят остаться в России и связать свое будущее именно с нашей страной.
— А почему им сейчас не живется без этого закона? Чем он им нужен и полезен?
— Прежде всего это связано с тем, что существуют основания, которые могут повлечь для возникновения таких лиц угрозу ответственности, в частности, уголовную. Например, что связано с уклонением от уплаты налогов для физических или юридических лиц. Конечно, мы ведем речь именно о физических лицах, и в этой части именно физические лица, прежде всего, заинтересованы в этом.
— Сейчас лица, например, точно так же живут, просто не раскрывая свои капиталы, которые находятся за рубежом, например. Зачем им тогда это делать сейчас?— Прежде всего это связано, наверное, с общей концепцией. В части участия в этой программе, безусловно, это может стать интересно тем лицам, которые уже примут решение о том, чтобы исключить возможность обездвиживания своего имущества, например, денежных средств. Это, конечно же, не касается тех лиц, которые не подпадают под подозрение иностранных государств и с точки зрения существующей геополитики, и с точки зрения общей ситуации.
— В целом не потеряла ли идея об амнистии капитала свою актуальность? После того, как президент сказал о ней, прошло уже довольно много времени, полгода скоро, да и санкции, кризис и все остальное…
— Конечно же, существует негативный фон в отношении самой инициативы, потому как первоначальный азарт, который был заложен в послании президента, перерос в достаточно бюрократическую процедуру обсуждения этих рабочих моментов. И, конечно же, теперь мы понимаем, что о полном всепрощении речи уже быть не может, а может вестись только речь о том, чтобы лица, захотевшие поучаствовать в этой программе, свели свое участие к фактически прекращению своих грехов именно в связи с налоговыми правонарушениями и преступлениями.
— Помните, когда Путин выступал с посланием Федеральному собранию, по-моему, эту инициативу аплодисментами встречали?
— Безусловно, это так. Но происходило это достаточно спонтанно, в общем-то, ни для кого не секрет, что сама идея появилась достаточно быстро и без согласования с заинтересованными министерствами и ведомствами, которые фактически исполняют свои даже международные обязательства в рамках этой специфической группы, которая называется FATF. А то, что хотел предложить президент, идет вразрез с четырьмя принципами FATF, которые существуют с 2012 года, в частности, связанные с тем, что теперь нужно будет раскрывать источники происхождения и они должны быть доступны иностранным партнерам, а налоговая тайна будет защищать, информацию только от частных лиц, но не будет защищать от государственных органов, которые могут вести расследования по основанию состава преступления по отмыванию денежных средств.
— Можно ли говорить, что такие гарантии все-таки когда-нибудь будут? Если закон будут принимать, эти гарантии обязательно должны там быть, иначе в Россию капитал никто не вернет.
— Безусловно, гарантии будут присутствовать. Просто для того, чтобы участвовать в программе, заинтересованное лицо должно будет провести подготовительную серьезную работу, связанную с налоговым аудитом и аудитом по исключению, быть привлеченным к различного вида уголовной ответственности, которая не покрывается этой программой. Это понесет достаточно затратную часть для такого потенциального декларанта, и впоследствии его участие может свестись к тому, что он будет вынужден следовать этой программе, которая должна проходить в соответствии принципам FATF. Соответственно, он тем самым ограничит возможность быть привлеченным по другим основаниям нашими добросовестными органами.
— Не может быть такого, что сейчас гарантии дадут, а потом их в какой-то момент отменят, когда какой-нибудь очередной кризис грянет, у государства не будет хватать денег, и начнется чес по тем, кто когда-то нарушил закон?
— Конечно, мы не сможем однозначно проверить, насколько этот закон будет применяться ко всем или к кому-то добросовестно, а к кому-то с отменой гарантий, потому как обеспечивается полная конфиденциальность в соответствии с этим законом. В принципе, мы, наверное, как частные лица результатов не узнаем. Нам то, что скажут, в то мы и будем вынуждены поверить.
Предложение об амнистии капиталов Владимир Путин озвучил в своем послании Федеральному собранию в декабре прошлого года. После этого Министерство финансов разработало законопроект, согласно которому под амнистию подпадут активы, по собственной инициативе задекларированные до конца этого года.
— Как пойдет законотворческий процесс: примут этот законопроект в итоге или нет?
— Я полагаю, что это, безусловно, проходной вариант с точки зрения самого законопроекта. Пока неизвестно, в каком виде он будет принят, потому как неизвестно, действительно ли достигнуто соглашение с FATF по всем вопросам, которые возникали.
— Поясните, какой вид может быть?
— Я полагаю, что, если речь будет вестись о полном соответствии принципу FATF, то, скорее всего, пройдет именно проект в части, разрешающей декларирование имущества, связанного с нарушением налогового законодательства.
— Какие-то еще преграды есть перед приемом этого закона?
— Вторым вопросом для всех является предоставление максимального объема гарантий для декларантов, которые захотят поучаствовать в этой программе. Безусловно, так называемое безналоговое дарение, которое все хотят, чтобы было в этом законопроекте, вызывает огромное количество вопросов, потому что действительно это повлечет перераспределение и достаточного количества имущества, в частности, наверное, речь идет о недвижимости, которая внезапно поменяет своих собственников. И, конечно же, вопрос состоит в том, как этот способ или новое возникновение права собственности действительно может повлиять на третьих лиц.
— Если все-таки этот закон примут, как вы считаете, будет ли он пользоваться спросом?
— Я полагаю, что он найдет своих адресатов, потому как действительно существует достаточное количество заинтересованных лиц, которые хотят остаться в России и связать свое будущее именно с нашей страной.
— А почему им сейчас не живется без этого закона? Чем он им нужен и полезен?
— Прежде всего это связано с тем, что существуют основания, которые могут повлечь для возникновения таких лиц угрозу ответственности, в частности, уголовную. Например, что связано с уклонением от уплаты налогов для физических или юридических лиц. Конечно, мы ведем речь именно о физических лицах, и в этой части именно физические лица, прежде всего, заинтересованы в этом.
— Сейчас лица, например, точно так же живут, просто не раскрывая свои капиталы, которые находятся за рубежом, например. Зачем им тогда это делать сейчас?— Прежде всего это связано, наверное, с общей концепцией. В части участия в этой программе, безусловно, это может стать интересно тем лицам, которые уже примут решение о том, чтобы исключить возможность обездвиживания своего имущества, например, денежных средств. Это, конечно же, не касается тех лиц, которые не подпадают под подозрение иностранных государств и с точки зрения существующей геополитики, и с точки зрения общей ситуации.
— В целом не потеряла ли идея об амнистии капитала свою актуальность? После того, как президент сказал о ней, прошло уже довольно много времени, полгода скоро, да и санкции, кризис и все остальное…
— Конечно же, существует негативный фон в отношении самой инициативы, потому как первоначальный азарт, который был заложен в послании президента, перерос в достаточно бюрократическую процедуру обсуждения этих рабочих моментов. И, конечно же, теперь мы понимаем, что о полном всепрощении речи уже быть не может, а может вестись только речь о том, чтобы лица, захотевшие поучаствовать в этой программе, свели свое участие к фактически прекращению своих грехов именно в связи с налоговыми правонарушениями и преступлениями.
— Помните, когда Путин выступал с посланием Федеральному собранию, по-моему, эту инициативу аплодисментами встречали?
— Безусловно, это так. Но происходило это достаточно спонтанно, в общем-то, ни для кого не секрет, что сама идея появилась достаточно быстро и без согласования с заинтересованными министерствами и ведомствами, которые фактически исполняют свои даже международные обязательства в рамках этой специфической группы, которая называется FATF. А то, что хотел предложить президент, идет вразрез с четырьмя принципами FATF, которые существуют с 2012 года, в частности, связанные с тем, что теперь нужно будет раскрывать источники происхождения и они должны быть доступны иностранным партнерам, а налоговая тайна будет защищать, информацию только от частных лиц, но не будет защищать от государственных органов, которые могут вести расследования по основанию состава преступления по отмыванию денежных средств.
— Можно ли говорить, что такие гарантии все-таки когда-нибудь будут? Если закон будут принимать, эти гарантии обязательно должны там быть, иначе в Россию капитал никто не вернет.
— Безусловно, гарантии будут присутствовать. Просто для того, чтобы участвовать в программе, заинтересованное лицо должно будет провести подготовительную серьезную работу, связанную с налоговым аудитом и аудитом по исключению, быть привлеченным к различного вида уголовной ответственности, которая не покрывается этой программой. Это понесет достаточно затратную часть для такого потенциального декларанта, и впоследствии его участие может свестись к тому, что он будет вынужден следовать этой программе, которая должна проходить в соответствии принципам FATF. Соответственно, он тем самым ограничит возможность быть привлеченным по другим основаниям нашими добросовестными органами.
— Не может быть такого, что сейчас гарантии дадут, а потом их в какой-то момент отменят, когда какой-нибудь очередной кризис грянет, у государства не будет хватать денег, и начнется чес по тем, кто когда-то нарушил закон?
— Конечно, мы не сможем однозначно проверить, насколько этот закон будет применяться ко всем или к кому-то добросовестно, а к кому-то с отменой гарантий, потому как обеспечивается полная конфиденциальность в соответствии с этим законом. В принципе, мы, наверное, как частные лица результатов не узнаем. Нам то, что скажут, в то мы и будем вынуждены поверить.