Последняя воля: как построить бизнес на чужих наследствах

Вторник, 19 июня 2018 г.

Следите за нами в ВКонтакте, Facebook'e и Twitter'e

Виктор Вяткин — юрист — о том, как он открыл собственный юридический бизнес и выбрал неординарную практику планирования наследства. О том, что по-прежнему в России принято решать проблемы, а не предотвращать. О том, почему обладателям больших состояний нужно иметь деловой подход к собственной смерти и думать о своих наследниках не в момент последнего глотка из поднесенного стакана воды. А также о том, почему бизнесмены доверяют ему не только корпоративную информацию, но и будущее своих детей.

— Вы генеральный директор ООО »3В Консалтинг», специалист по наследственному планированию. В прошлом, директор юридического департамента банка. Расскажите, чем вы в основном занимались до открытия и управления своей компанией?

После защиты кандидатской диссертации я работал в юридической фирме, где занимался корпоративными конфликтами, взысканием задолженности, а также построением и сертификацией системы управления качеством оказываемых услуг.

— Как и когда возникла идея открыть собственный бизнес?

В конце 2006 года мне поступило предложение заняться юридическим сопровождением проекта в Питере. Я уволился и собирался переехать, но старт проекта затягивался. У меня было много свободного времени. Ко мне обращались за юридической помощью. Месяца через три проект окончательно был похоронен, но за это время я оброс заказами и понял, что вполне могу не возвращаться к работе по найму. Так я стал владельцем собственной юридической фирмы »3В Консалтинг», это было органическое решение, которое оформило создавшуюся к тому моменту частную практику. Почти сразу же ко мне присоединился мой партнер Рустам Исмайлов. Именно он занимался оперативным руководством компанией, пока я работал в банке.

— Вы одновременно строили бизнес и работали в банке? Что это был за банк? Чем вы там занимались?

В 2007 году я принимал участие в оценке акций «Первобанка» (тогда он принадлежал Леониду Михельсону и входил в первую сотню российских банков).

По итогам нашей работы были даны рекомендации насчет улучшения работы по управлению юридическими рисками банка. Ознакомившись с ними, председатель правления банка Олег Багаев пригласил меня реализовать их на практике. Так в 2008 году я стал директором юридического департамента «Первобанка», где проработал четыре года.

Основной моей задачей было построение бизнес-ориентированной юридической службы.

В 2009 году случился экономический кризис, а потому стала актуальна работа с проблемной задолженностью. За три года мы отсудили более 100 миллионов долларов просроченных кредитов, и в несколько раз больше задолженности было урегулировано во внесудебном порядке, в том числе путем получения банком заложенного имущества.

В 2012 году я решил уйти из банка и сосредоточиться на развитии собственного юридического бизнеса. Главным своим успехом могу назвать отличную команду, которую мне удалось собрать. Сейчас мои коллеги работают на ведущих должностях в разных банках.

Наши сограждане обращаются к юристам не чтобы предотвратить, а чтобы решить уже создавшуюся проблему.

— Опыт управления юридическим департаментом банка полезен при управлении собственным бизнесом?

Конечно. Большим подспорьем стало мое возросшее за четыре года плотного участия в кредитовании (в том числе в роли члена кредитного комитета банка) понимание экономики бизнеса, роли корпоративного управления, а также обширная сеть коллег и партнеров разных профилей, которые могли при необходимости подключиться к нашим проектам. С технической точки зрения очень пригодились отточенные за годы работы в банке навыки управления проектами, начиная от планирования, бюджетирования и обеспечения ресурсами и заканчивая оперативным контролем.

— Как вы пришли к работе с наследством?

Объединившись с Рустамом, которого я знаю с института, мы решили сделать универсальную юридическую фирму и стали продвигать широкий спектр услуг.

Такая маркетинговая политика дала неожиданный для нас результат: из всех услуг для частных лиц наибольшее количество обращений касалось оформления наследства. Впоследствии мы поняли, что охотнее наши сограждане обращаются к юристам не чтобы предотвратить, а чтобы решить уже создавшуюся проблему. Накопив многолетний опыт разрешения наследственных споров и преодоления проблем, связанных с отсутствием каких-либо приготовлений на этот счет, мы решили сосредоточиться на наследственном планировании как наиболее эффективном методе, позволяющем выявить и максимально полно воплотить в жизнь волю состоятельного человека насчет своего имущества.

По прошествии 10 лет у нас получился юридический бутик с двумя ведущими практиками: наследственной, где мы оформили более шестисот наследств, и банкротной, где клиенты с нашей помощью включились в реестры кредиторов на сумму более 10 миллиардов рублей.

Мы рекомендуем начать планировать свое наследство, если ситуация сложнее, чем передача единственного жилья единственному наследнику.

— Насколько сильна конкуренция в сфере наследственного планирования именно крупных наследств?

Скорее мы можем говорить о конкуренции между нежеланием задумываться о возможности собственной смерти и деловым подходом к этому неизбежному событию.

— Как вы находите клиентов, владельцев крупных состояний?

Что касается владельцев состояний, то тема наследственного планирования для них весьма актуальна. И они проявляют интерес. Вопрос лишь в том, насколько они готовы раскрыть информацию о своем состоянии консультантам, то есть вопрос доверия.

В тех случаях, когда владелец состояния задумался об этом (а это мы видим все чаще), он либо обращается за помощью к своим юристам, либо привлекает специалистов по наследственному планированию. Зачастую обслуживающие бизнес или его собственника юристы рекомендуют обратиться к знакомым профильным специалистам. В первую очередь, здесь важен вопрос доверия. О каких-либо тендерах в этой сфере я никогда не слышал.

— Вы уже два раза упомянули доверие. Что вы говорите клиентам, чтобы они вам поверили?

Клиенты доверяют нам, обычно опираясь на предыдущий положительный опыт сотрудничества с нами по другим проектам. Мы же не только наследствам занимаемся, но и многим другим. Либо нас рекомендуют коллеги-юристы, с которыми собственник уже работал. В основе доверия лежит наша репутация.

В кости, как правило, обращается бизнес, владелец которого не думает о его судьбе в перспективе нескольких поколений.

— С каким самым крупным наследством вам приходилось работать? Сколько это длилось по времени, трудозатратам? Сколько вы получили за свою работу?

Если мы говорим о бизнесе, то нижняя планка состояний, о судьбе которых задумываются их владельцы, составляет десятки миллионов рублей. Стоимость наших услуг зависит от объема работы и начинается от 100 тысяч рублей за сессию стратегического планирования. Стратегию можно разработать за пару месяцев, но если мы имеем дело с бизнесом, то мероприятия по подготовке его к передаче занимают не менее полутора лет.

— Когда стоит задуматься о наследственном планировании и в чем выражается эта планка? Это возраст или размер состояния, количество наследников или порядок чисел, которыми ежедневно оперирует бизнесмен?

Когда мне задают этот вопрос, я всегда привожу два примера. Первый в истории долларовый миллиардер Джон Рокфеллер начал заниматься вопросами своего наследства за пятьдесят лет до своей смерти. Входящий в российский список Форбс Рубен Варданян написал свое первое завещание в тридцать лет. То есть не существует возраста, когда думать об этом еще рано.

Мы рекомендуем начать планировать свое наследство, если ситуация сложнее, чем передача единственного жилья единственному наследнику. Ведь по закону каждая входящая в состав наследства вещь будет разделена между наследниками в равных долях, а вопросы использования, управления и распоряжения общей собственностью наследниками — это благодатная почва для конфликтов. Как говорит один из богатейших людей на Земле Уоррен Баффет, незачем сажать детей в одну лодку.

— Можно ли сказать, что вы строите свой бизнес на костях? Как вы, юридическое сообщество и ваши клиенты оценивают вашу деятельность с моральной точки зрения?

Абсолютно не согласен. В кости, как правило, обращается бизнес, владелец которого не думает о его судьбе в перспективе нескольких поколений.

— Совершенно очевидно, что в обозримом будущем люди не перестанут умирать, то есть ваш бизнес будет полезен и ваши услуги будут цениться ещё долго. Как вы планируете развиваться? Что для вас будет триумфом?

Сейчас успехом для нас будет долговременное сотрудничество с нашими клиентами, где время измеряется поколениями.

— Вы — семьянин. У вас жена и два подрастающих наследника. Сколько вам лет? Вы уже спланировали собственное наследство или вы «сапожник без сапог»?

31 мая мне исполнилось 37 лет. Моя наследственная стратегия в целом сформирована, какие-то детали надо дообсудить с семьей и партнером по бизнесу. К новому году планирую выйти на этап подписания документов. Мои сапоги как раз в нашей мастерской.

#навсюголову #юриспруденция #бизнес

Следите за нами в ВКонтакте, Facebook'e и Twitter'e


Просмотров: 209
Рубрика: Hi-Tech
(CY)

Архив новостей / Экспорт новостей

Ещё новости по теме:

RosInvest.Com не несет ответственности за опубликованные материалы и комментарии пользователей. Возрастной цензор 16+.

Ответственность за высказанные, размещённую информацию и оценки, в рамках проекта RosInvest.Com, лежит полностью на лицах опубликовавших эти материалы. Использование материалов, допускается со ссылкой на сайт RosInvest.Com.

Skype: rosinvest.com (Русский, English, Zhōng wén).

Архивы новостей за: 2018, 2017, 2016, 2015, 2014, 2013, 2012, 2011, 2010, 2009, 2008, 2007, 2006, 2005, 2004, 2003

Май 2003: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
Rating@Mail.ru